Информация о доходах директоров школ-предмет общественного внимания

Согласно действующего законодательства директора школ и детских садов обязаны с 1.01.2013г представлять широкой общественности информацию о доходах как личных, так и членов семьи. Размещаться подобная информация может на сайтах организаций и учреждений, которыми руководят чиновники, а также на сайтах вышестоящих организаций.

В случае обнаружения неточностей в срок до 31 июля можно скорректировать сведения, далее уже наступает ответственность за неверные сведения от выговора до увольнения.

Лариса Каракай, член профсоюза «Учитель» (г.Новый Уренгой),  подготовила подборку с примерами информации о зарплате в различных регионах.

Итак, сведения о зарплате директоров можно найти на школьных сайтах например, 

Оренбургская область п.Адамовка Сайт МБОУ Адамовская СОШ №1, 

сайт МОУ Кормовская СОШ Астраханской области.

 

на сайтах муниципальных образований

 официальный сайт муниципального образовования г. Ливны Орловской обл.

 официальный сайт города Тында: «Сведения о доходах муниципальных служащих»

 официальный сайт админинистрации г.Северодвинска  

 

На сайте министерства образования и науки области, например:

Сведения о доходах директоров общеобразовательных учреждений Северо-Западного Управления Самарской области за 2012 год

 

Владимир Морозенко, член профсоюза «Учитель» (Пермь), в интервью интернет — изданию 59.ru так комментирует различие в зарплатах учителей и директоров Пермских школ:

 «У директоров школ зарплаты бывают от 60 тысяч рублей и выше. А учитель, если он работает на одну ставку, получает 10–12 тысяч. Кроме того, например, департамент образования Перми выстроил такую систему стимулирующих надбавок, при которой требует начисления дифференцированной зарплаты для педагогов. То есть те, кто работают лучше, получают больше. Однако четкой системы распределения этих надбавок нет. То есть директору часто приходится действовать по принципу «нравится или не нравится». По закону руководитель, распределяя премиальную часть, должен учитывать мнение коллектива и профсоюза. Но это требование не всегда соблюдается. В итоге выходит, что учитель не может оспорить свою зарплату. Кроме того, понятно, что более опытные педагоги будут работать качественнее начинающих. А молодому специалисту первое время придется получать самую маленькую зарплату? Такая система вносит в коллектив напряженность, чувство обиды и несправедливости», – считает собеседник.
Любопытно, что краевые власти разделяют такое мнение. «Это абсолютно неправильно, – поясняет Надежда Кочурова. – Федерация устанавливает максимальную разницу между доходами руководства и подчиненных. Сейчас – в восемь раз. Мы считаем нормальным разрыв в три-четыре, максимум в пять раз. И сейчас мы приводим все в соответствие». Для этого в краевом минобре была создана рабочая группа, которая предложила новую методику расчета зарплат директоров и учителей. Решением проблемы занялись специалисты министерства, экономисты и представители ряда образовательных учреждений. «В результате их работы появились критерии оценки эффективности работы руководителей для выплаты премий. Определили категории учреждений по количеству детей, по количеству имеющихся филиалов, поставили зарплату руководителя в строгую зависимость от зарплаты педагогов. Определили для каждого учреждения кратность, перечень компенсационных надбавок и их размеры», – поясняет вице-премьер. Она также добавила, что этот документ не вызывает противоречий у директоров прикамских образовательных учреждений.
Кстати, разрывы между зарплатой директоров и учителей – это не самая большая проблема в пермской образовательной системе. «В вузах еще хуже, – говорит Владимир Морозенко. – Зарплата ректора может быть выше средней зарплаты преподавателей аж в 30 раз! По моим данным, глава пермского вуза в среднем зарабатывает 400–500 тысяч рублей в месяц. Когда я работал в ПГНИУ в должности доцента, я получал около 12 тысяч. Думаю, здесь вся проблема в том, что трудовой коллектив не может контролировать внебюджетные деньги, поступающие вузу от студентов, обучающихся на коммерческой основе. Когда мы пытались спросить об этих средствах и том, как они распределяются между сотрудниками, нам угрожали увольнением».